«Чтобы издать книгу, пришлось продать 5 голов скота»: беседа с поэтом Вячеславом Вьюновым

1 февраля краевая библиотека имени Георгия Граубина стала площадкой для диалога с Вячеславом Вьюновым – известным поэтом и прозаиком, который представил свою новую книгу. Мы поговорили с автором и затронули ряд актуальных тем: от непростого процесса издания книги в Чите и состояния отечественной поэзии до дискуссионного вопроса о необходимости установки памятника Чингисхану на забайкальской земле.

- Вячеслав Александрович, как прошла презентация, какие ваши впечатления?

- Если это можно назвать презентацией… Это была просто встреча с читателями, ответы на вопросы. Вопросы были на самую разную тематику – об истории, религии, политике. И конечно, литературные вопросы тоже были. Мне кажется, прошло интересно.

- Тем не менее сегодня вы представили свою новую книгу, расскажите о ней.

- Четвёртый том собрания сочинений. Первый том вышел года 4-5 назад, затем через 2 года вышел второй том. Третий был напечатан в прошлом году. Друг за другом выходят.

- А что с пятой книгой, она будет?

- Уже готова. Но для её публикации нужен спонсор, пока его нет.

- Какая сумма необходима?

- Для тиража 200 экземпляров где-то 150 тысяч.

- Новый том каким тиражом вышел?

- 150 экземпляров, тираж маленький. Предыдущие были по 500, а первый том – 1000 экземпляров. Кстати, с первым томом помогал Равиль Фаритович Гениатулин, искал спонсоров.

- Сегодня вам кто-нибудь помогает с поиском спонсоров?

- Ну вот второй том выпустила «Одарина», а спонсором третьего стал бизнесмен Деян Савич. Для выпуска новой книги мне пришлось продать 5 голов скота-молодняка.

- То есть на издание четвёртого тома пошли в основном ваши средства?

- Только мои.

- Допускаете, что и с печатью следующего тома вам придётся выкручиваться самостоятельно?

- Всю жизнь приходится выкручиваться.

- А где можно приобрести эти сборники?

- Книги реализуются через систему магазинов «Генезис». Первый том, по-моему, ещё есть в продаже, а второго и третьего уже нет. Ну и четвёртый теперь есть. Так что полностью собрание можно найти только в библиотеках.

- Если говорить о книгах с точки зрения концепции, то как проходил отбор произведений? Насколько понимаю, это не полное собрание сочинений, а некое обширное избранное.

- Например, четвёртый том состоит из нескольких частей. В первую часть вошли миниатюры, а во вторую – «послевкусие», это необычный для меня, новый жанр.

- В чём его суть?

- Надо читать. Я даже не могу толком определить этот жанр, он пока ещё названия не имеет (всё-таки имеет, в книге Вячеслав Александрович называет жанр «критическим импрессионизмом» – Прим. автора).

- То есть это изложение тех или иных впечатлений.

- Да, да. Какие-то ощущения, отзывы на те или иные события. Как бывает после вина – послевкусие.

- В четвёртом томе только проза?

- Только проза, да.

Есть ещё одна часть в книге – эссеистическая повесть «Я, видимо, очень русский…», посвящённая жизни и творчеству Михаила Евсеевича Вишнякова.

- Знаю, что она уже публиковалась ранее.

- Повесть выходила отдельной книгой. Кроме того, она выходила в Германии для русскоязычного населения. Сами на меня вышли, попросили. При всех санкциях ничего не сократили и даже название оставили.

- В каком жанре вам лучше всего работается сегодня?

- Больше тянет к критике.

- Критикуете литературный процесс в целом?

- Да. Критика будет в следующем томе.

- Что сейчас происходит с поэзией в России, следите за её развитием?

- Да, конечно. Поэзия ищет новые формы, она выросла из старых форм, особенно из четырёхстопного ямба. Эти рубашки стали ей малы, идёт процесс поиска.

- Это, пожалуй, ещё с 90-х тянется, когда заговорили о «новой искренности» и стали больше писать свободным стихом.

- Да. Но жизнь поэзии длиннее жизни человека, все процессы, естественно, занимают более длительный период. Поэтому нужно относиться с пониманием.

- Можете назвать современных отечественных поэтов, которые вам нравятся?

- Некоторых уже, к сожалению, нет в живых. Николай Бурашников, Борис Рыжий…

- А, например, поэты поколения Сергея Гандлевского держат марку, или их время прошло?

- Гандлевский – очень интересный поэт, очень талантливый. Обожаю его.

- Мне кажется, он вам близок по лаконичности поэтической мысли.

- У него образы ёмкие.

- Из молодёжи пока никого не видите?

- Из забайкальских могу назвать – Анатолий Сидорков, Екатерина Малофеева. Это люди, которые подают надежду.

- Вернёмся к вопросам, которые сегодня вам задавали читатели. Что запомнилось больше всего?

- Вопросов было много, все были непростые и с двойным дном. Например, стоит ли в Забайкалье ставить памятник Чингисхану.

- И что вы думаете?

- Нет, конечно. Я полчаса отвечал на этот вопрос, аргументировал все «за» и все «против». Я очень подробно объяснил наследие Чингисхана. Вопрос сложный. Памятники ему стоят в Калмыкии, в Улан-Удэ, а в Забайкалье – нет, конечно, не нужно.

Также был интересный вопрос – как заставить детей читать книги.

- И как же?

- Я своих внуков сажаю и устраиваю вечерний час чтения. Они читают книги вслух. Пока не уделил час чтению хорошей книги – никаких смартфонов, шоколадок, прогулок. Они это уже знают, привыкли, получают удовольствие от процесса. Учёба и воспитание – это всегда насилие, хотим мы этого или не хотим.