Экономика не растёт вечно. И это нормально

Этот текст не новость и не аналитический отчёт. Это мои личные наблюдения и размышления о процессах, которые мы видим в экономике и жизни регионов. Я много пишу с мероприятий, делаю репортажи и интервью. На сайте мои материалы часто оказываются рядом — без чёткого жанрового разделения. Поэтому для таких текстов мне важно сразу обозначать: здесь нет задачи спорить, убеждать или делать выводы «за всех». Это попытка посмотреть на происходящее и собрать разрозненные ощущения в одну картину.

К сегодняшней теме я пришла не случайно. Недавно я побывала на мероприятии Банка России и слушала выступления спикеров из Москвы. Было много разговоров про инфляцию, рынок труда, экономический рост — и много вопросов от представителей регионов. Я задала вопрос про рост зарплат: насколько он сам по себе может провоцировать инфляцию и где проходит граница между здоровым ростом доходов и перегревом. Ответ был ожидаемо взвешенным: зарплаты — лишь один из факторов, и рассматривать их в отрыве от других процессов неправильно.

Этот текст не пересказ той дискуссии и не спор с регулятором. Скорее попытка разложить для себя и для региона, где мы живём, как именно рост зарплат, дефицит труда и ожидания людей складываются в ту картину, которую мы сейчас наблюдаем.

Рост — это не всегда про здоровье

Экономики не растут по прямой линии. Бывают периоды ускорения, бывают замедления. Это нормальный процесс. Но важно понимать: рост бывает разным.

Иногда он возникает потому, что:

• повышается производительность;
• появляются новые продукты и технологии;
• бизнес начинает создавать больше ценности.

А иногда — потому что:

• ресурсов становится меньше;
• людей не хватает;
• зарплаты растут не из-за эффективности, а из-за конкуренции за кадры.

Внешне эти процессы могут выглядеть одинаково. Внутри — это принципиально разные вещи.

Что показывает рынок труда в России

Если посмотреть на динамику безработицы за последние годы, хорошо видно: после 2020 года Россия вошла в период устойчиво низкой безработицы. Краткий всплеск безработицы в пандемию сменился быстрым снижением, и дальше уровень безработицы последовательно обновлял минимумы. Это не разовое колебание, а устойчивый тренд.

Формально — позитивный сигнал. Фактически — рынок труда стал дефицитным. Людей, готовых выйти на работу, меньше, чем требуется экономике. И этот дефицит нельзя быстро компенсировать: демография, миграция, структура занятости — всё это процессы с большой инерцией.

Зарплаты растут — но важно, почему

В условиях дефицита кадров бизнес начинает конкурировать за людей. Самый понятный инструмент — рост зарплат. Здесь важно уточнение: рост зарплат сам по себе не является проблемой и не является автоматическим источником инфляции.

Он становится фактором давления тогда, когда происходит:

• в условиях дефицита рабочей силы;
• без сопоставимого роста производительности труда.

В такой ситуации зарплаты растут как издержка, а не как отражение эффективности. Бизнес вынужден перекладывать эти издержки в цены — и формируется инфляция издержек. Не из-за «лишних денег», а из-за структурных ограничений экономики.

Когда инфляция начинает разгоняться через издержки и спрос, регулятор обычно старается снизить скорость этих процессов:

• делает кредиты дороже;
• ограничивает рост заёмных денег;
• охлаждает спрос.

Это не про наказание экономики и не про «зажим». Это попытка вернуть баланс и не допустить более резкого спада в будущем. Если посмотреть на эти процессы из региональной перспективы, картина становится ещё нагляднее. В Забайкалье совпали сразу несколько факторов:

• миграционный отток трудоспособного населения;
• молодёжь, которая уезжает учиться и не возвращается;
• ограниченный приток новых работников;
• демографическая инерция.

Даже при сравнительно умеренной экономической активности рынок труда здесь ощущается как напряжённый. Работников мало, и те, кто остаётся, закономерно начинают ожидать более высоких зарплат.

Где возникает точка напряжения

При этом ожидания всё чаще формируются не из реальной экономики региона, а из общего информационного фона. Через медиа, соцсети и бытовые разговоры возникает устойчивое ощущение: «везде платят больше, просто у нас не хотят».

Этот эффект усиливается тем, что сравниваются несопоставимые вещи:

• мегаполисы и регионы,
• разные отрасли,
• разные уровни стоимости жизни.

В итоге возникает разрыв между возможностями регионального бизнеса и ожиданиями работников. Работодатель в такой ситуации часто оказывается не «жадным», а зажатым между рынком, выручкой и растущими издержками.

Когда рост экономики региона происходит не за счёт расширения и повышения эффективности, а за счёт постоянного давления на рынок труда, система становится хрупкой.

• бизнесу сложнее планировать;
• инвестиции откладываются;
• цены растут;
• а ощущение благополучия остаётся скорее номинальным.

Это не кризис. Но это состояние перегрева без опоры.

Экономические циклы — это не абстрактная теория. Они всегда проявляются в конкретных местах: в регионах, компаниях, семьях. Низкая безработица сама по себе — не гарантия устойчивого роста. Важно, за счёт чего она достигается и какие процессы стоят за цифрами. Понимание этого не даёт быстрых решений. Но даёт спокойствие — и возможность смотреть на происходящее без иллюзий и без надрыва.