«Не все честные, за всеми следить надо»

Как показывает беглый опрос, далеко не все жители Забайкалья в достаточной мере осведомлены, что за организация такая – Федеральная антимонопольная служба и чем она занимается? С 2008 году краевое управление ФАС в Чите возглавлял Евгений Минашкин, однако он покинул свой пост, и сейчас временно исполняющей обязанности руководителя работает Анна Горбунова. ИА ZabNews решило познакомиться с ней и узнать о делах насущных надзорного органа, который бережёт нас всех от хитростей монополистов.

Бывший руководитель Забайкальского УФАС России Евгений Минашкин ушёл в отставку 7 октября 2019 года. С тех пор его обязанности исполняет Анна Горбунова, являющаяся заместителем руководителя – начальником отдела контроля закупок краевого УФАС.

 Сложно рассказать простыми словами

 

Какой путь вы прошли до должности врио руководителя регионального УФАС?

– Руководителя УФАС назначает Федеральная антимонопольная служба. Евгений Николаевич (Минашкин – авт.) был в своё время назначен и по достижении предельного возраста ушёл в отставку. Так как я заместитель, следовательно, во время отсутствия руководителя исполняю его обязанности. В службу пришла в 1991 году специалистом I категории. Тогда УФАС ещё назывался Антимонопольным комитетом Читинской области, уже потом он трансформировался в то, что есть сейчас. До этого я успела поработать и на заводе, и в коллегии адвокатов. Примечательно, что коллегия существует, а вот завода после перестройки не стало. Выходит, работаю здесь с самого появления службы, после специалиста I категории были и иные должности, сегодня моя постоянная деятельность – заместитель руководителя – начальник отдела контроля закупок.

Есть предположения, кого ФАС выберет в качестве нового руководителя для края?

 – Я знаю точно, но об этом говорить не буду. Когда приедет сотрудник, будет официальное представление, тогда и узнают все нового руководителя.

Население знает о деятельности антимонопольной службы очень поверхностно, поэтому расскажите, чем именно занимается УФАС в Забайкалье?

– Мы с населением по большому счёту и не работаем. Наша основная задача – контроль монополий, контроль за рекламой и, разумеется, контроль за госзакупками. То есть рядовые граждане во всём этом и не участвуют. Мы работаем с естественными монополиями, с предприятиями, с юридическими лицами, занимающими доминирующее положение на рынке, с органами местного самоуправления, также с участниками закупок. Граждане участвуют в закупках крайне редко, право у них такое есть, но они им почти не пользуются.

Какие у вас полномочия?

– Мы работаем с несколькими законами: в первую очередь это закон О защите конкуренции. Там мы можем пресекать нарушения как со стороны власти и органов местного самоуправления, так и со стороны хозяйствующих субъектов, занимающих доминирующее положение. Это сложно сказать простыми словами, только языком закона. Можем привлекать к административной ответственности, инициировать возбуждение уголовных дел, в зависимости от нарушения. То же касается и 44-ФЗ, и 223-ФЗ. Они оба связаны с закупками, можем признать сделку недействительной и призвать к ответственности, вплоть до уголовной. При нарушениях, касающихся рекламы, мы можем её снять, призвать к исправлению, но основным наказанием здесь будут штрафы.

  Как выстраивается работа с естественными монополиями? Можно на примере сферы энергетики?

– Здесь работа уже отлажена. Они же уже давно существуют, и тут, в принципе, никаких проблем нет. Вот вчера (речь об 11 декабря – авт.), например, оштрафовали ТГК-14. Если обнаружили нарушение, или нам сообщили о нём, выполняем проверку, штрафуем, ликвидируем это нарушение – всё просто.

Что вы можете сказать в целом о естественных монополиях?

– Без них нам пока никуда. Но они не должны создавать людям проблемы в получении их услуг – завышать цены, некачественно работать и так далее. Они должны работать в рамках законодательства. Без них мы никуда и они, пользуясь своим рыночным положением, могут начать отравлять нам жизнь. Когда такая отрава начинается, в дело вступаем мы, чтобы это прекратить.

Как тотальная цифровизация влияет на деятельность ФАС?

– Сильно. На сегодняшний момент служба вырабатывает определённые правила и приспосабливается к современности. Сейчас люди уже реже ходят в магазин, не ходят по различным разрешительным конторам, всё можно сделать через интернет. Также и мы. Москва говорит, как пользоваться новыми технологиями, так мы и делаем. Сегодня (12 декабря – авт.) у нас ещё будет событие! Состоится первая видеоконференция, на которой Федеральная антимонопольная служба будет рассматривать жалобу: также на ней будет присутствовать заказчик и уполномоченное учреждение. То есть теперь, когда Москва рассматривает жалобы, можно не бежать за билетом, а спокойно сесть и сделать всё дистанционно. Пока это только возможно по делам, связанным с закупками свыше 1 миллиарда рублей. Подобное дело и будут рассматривать, а потом, думаю, и все дела так будут решаться.

 «Увидел у соседа нарушения, заявил, самому жить легче стало»

 

Часто ли в Забайкалье случаются нарушения в сфере рекламы? Какие чаще всего? Как УФАС обнаруживает нарушения механизм работы, какие штрафы может наложить?

– Встречаются не часто, но периодически. Это и наружная реклама, и в СМИ, и в интернете, и прочее-прочее. Либо рассказывают о кредитах, но не показывают лицензию, либо рекламируют лекарственные средства, но не говорят, что есть противопоказания и следует проконсультироваться с врачом. Большого мошенничества в сфере рекламы нет, у нас менталитет другой. Встречаются в основном лишь мелкие неточности и особо интересных дел нет. Не считая одного случая, связанного с рекламной спам-рассылкой SMS. Там различные домены и прочие методы шифрования, еле нашли концы, а когда нашли, то оказалось, что человек проживает в Гонконге. Гражданином какой страны является, пока не знаем, но он точно русскоговорящий. А так, не считая этого, сплошная рутина в этой сфере.

А кто сообщает УФАС о нарушениях?

– Что-то мы сами выявляем, а что-то сообщают предприниматели и граждане. Вот, как например, с этой рассылкой: сделали скриншот и направили заявление к нам. А в основном сообщают всё же индивидуальные предприниматели, потому что это каким-то образом касается их бизнеса. Увидел у соседа нарушения, заявил, самому жить легче стало.

Какие штрафы можно наложить?

– Штрафы могут быть и миллионные, и миллиардные. Но это в закупках и для монополистов. Если сравнивать именно с рекламой, то тут маленькие, в основном тысячи.

 Мусорная реформа и повышение цен на дизель

 

Что вы думаете о новом региональном мусорном операторе «Олерон +»?

Пока ничего. СМИ, конечно, формируют негатив, но я считаю, что пока он не приступил к реальной работе, не стоит ничего говорить.

А какое у вас мнение о мусорной реформе вообще?

– Мысль хорошая, но какое будет воплощение? На сегодняшний день творится какая-то неразбериха, и она не особо способствует созданию имиджа этой реформы. А то, что мы погрязли в мусоре, и с этим нужно что-то делать, это и так ясно. Экология – наше будущее.

Мониторит ли сейчас УФАС ценовую политику в отношении бензина?

Это входит в наши обязанности. Ситуацию мы мониторим с 1998 года. Сейчас возникает вопрос по дизелю. На Востоке цена поползла. Предложение сократилось, а запросы-то прежние остались. Сделали сейчас запрос, разослали по нашим поставщикам и ждём ответы. У нас на рынке это пока не отразилось, но заметна тенденция к увеличению цен.

Ожидается ли приход на рынок новых ВИНКов (вертикально-интегрированных нефтяных компаний), которые бы смогли повысить конкуренции на рынке ГСМ в Забайкалье, тем самым способствуя снижению цен?

– Пока нет. Чтобы сюда пришёл какой-то новый ВИНК, нужен спрос, а у нас сейчас есть «Нефтемаркет», который вполне его удовлетворяет. Задаётся вопрос, насколько ВИНК может упасть? То есть насколько новый хозяйственный субъект сможет держать цену и качество? И кто будет это всё покупать? Пока новых игроков на рынке не предвидится.

 Строительство без земельного участка

 

Как по вашему мнению, можно ли улучшить сферу госзакупок?

– Конечно. Вот сейчас на это направлена работа и Минфина, и ФАС. Идёт упрощение вообще всей системы. 94-ФЗ о закупках не совсем устраивал, решили сделать новый закон, который получился очень громоздким и малоэффективным. С Нового года будет упрощаться планирование, позже – упрощение подачи заявки. Сначала это сделали для строек, потом перейдём вообще ко всем закупкам. Я, конечно, могу выразить своё мнение, но я не законодатель, просто жду и смотрю, какой законопроект вышел, что Госдума решит – никто не знает. И когда она примет, тоже никто не знает. Практика сложилась таким образом, что каждый год 31 декабря президент подписывает то, что приняла Дума, в час дня по Москве. То есть к вечеру, когда мы дорезаем последние салаты, на официальном сайте правовой информации публикуется закон, вносящий изменения в 44-ФЗ с нового года. И отсюда у нас ещё традиция: все новогодние выходные изучаем изменения, чтобы, выйдя на работу после праздников, уже знать, как применять новый закон. Надеюсь, традиция повторится, и вот все эти лишние и мёртвые на сегодня способы закупок уйдут. Останутся только короткие аукционы, классические аукционы и конкурсы, и всё это в электронном виде.

Часто же встречаются сговоры при аукционах, на них закон как-то повлияет?

Это же не проблема как такового закона, это проблема его применения. У нас есть заповедь «Не убий», у нас же есть уголовная ответственность, но убийства случаются. Вот и здесь, в сговорах участвуют даже органы власти. Этого делать нельзя, но всё-таки делают. Мы выявляем нарушения и стараемся их пресекать.

Какое самое интересное нарушение вы выявили в этом году в сфере закупок?

– Интересное дело было по строительству детского сада на КСК. Там некое строительство будущего. То есть неизвестно что, неизвестно как? Суд мы выиграли и в отношении заказчика и участника закупки возбуждено дело о сговоре на торгах.

А что там было конкретнее?

– Была объявлена закупка без наличия земельного участка. Чтобы что-то создать, в любом случае, нужна как минимум земля, на которой и будет происходить строительство, а тут её нет. Там земельный участок находился в переоформлении в собственность субъекта, ранее он принадлежал участнику. В общем, на момент объявления закупки земля была ничьей. То есть понять, где находится эта земля на тот период времени, было невозможно. При этом на торги заявился один участник, знающий, где будет создаваться объект.

Руслан Симушин 17.12.2019
Читайте также
Комментарии